Ценности в жизни человека

Российское гуманистическое общество

Главное меню

Лекция 2. Ценности человеческой жизни

Абсолютная ценность человека делает его жизнь как ценность особенной, не похожей на все другие. Выше обсуждался вопрос, как понимать абсолютную ценность человека. Теперь подошла очередь определить, что входит в содержание ценностей человеческой жизни. Признаком, по которому мы можем определять, входит ли та или иная ценность в число жизненно важных, будет такое проявление жизни, которое окажется самым глубоким, изначальным, полным и непосредственным, неделимым на части ее проявлением.

Поясним на примере. Скажем, под обломками обрушившегося дома обнаружили человека. Его спасают независимо от того, верующий он или атеист, образован или нет, герой он или обыкновенный гражданин. Его спасают, прежде всего, как живое существо, спасают его жизнь.

Такие ценности, как было отмечено выше, называются экзистенциальными, составляющими базис всех других жизнепроявлений и ценностей, что связано с фундаментальными смыслами человеческого существования. К числу этих ценностей принадлежат: жизнь, смерть (не сама по себе, а поскольку конечность жизни составляет ее важнейшую характеристику), любовь, секс, семья, рождение и воспитание детей, свобода, уединенность, участие, труд, отдых, творчество.

Жизнь или существование – это стержневая, базовая ценность человека. Она является общим условием всех его состояний и действий. Но важно подчеркнуть, что приоритетна не ценность жизни, а ценность человека, поскольку именно личность есть, личность живет, личность существует, тогда как жизнь, какой бы ценной и значимой сама по себе она нам ни казалась, есть не более чем самое непосредственное место, средоточие возникновения личности, способ ее бытия в мире.

Современная антропология, психология и философия показали, что рождение человека – это сложный, многоступенчатый процесс. Вначале нам дано наше непосредственное существование, жизнь. Личность рождается на ее основе, но не одновременно с нашим биологическим рождением, а позже.

Если личность – это сущность, а жизнь – существование, то наше существование предшествует нашей сущности. Сказать, что сущность существует, значит сказать, что личность живет. Но именно сущность, личностное начало является смысловым и ценностным центром человека.

Для правильного понимания человека нужно преодолеть опасность так называемого генетического редукционизма, т.е. сведения сущности последующего к сущности предшествующего, порождающего это последующее. Сведения лишь только на том основании, что одно предшествовало другому. Неправильно, скажем, считать человека «по существу» обезьяной лишь потому, что человек произошел от обезьяны. Также неправильно сводить сущность человека к его существованию, а личность – к ее жизни.

Жизнь, как ее понимает гуманизм, – это способ бытия личности как обладателя, владельца жизни, ее хозяина и властелина.

Если же имеет место обратная ситуация, то тогда личность превращается в раба своей жизни, а жизнь в радость превращается в жизнь в тягость.

Человек – это цель. Его жизнь – средство для этой цели.

Ценность жизни как таковой двойственна. С одной стороны, жизнь дана нам как высший дар, универсальная возможность, и потому мы должны высоко ценить жизнь, испытывать к ней благоговение и уважение. С другой стороны, жизнь дана тому, кто есть не просто жизнь, а человек – существо, живущее своей жизнью, существо свободное, мыслящее, творческое, знающее жизнь, ее начало и конец, ее безграничные возможности и ее биологические границы, существо, осознающее конечность жизни. И потому тот, кому она подарена, отдана (буквально ни за что!) для того чтобы быть им прожитой – приоритетнее, важнее жизни, является ее субъектом. Хорошим или плохим – это другой вопрос.

Бывают гениально, а бывают и бездарно прожитые жизни.

Возможно, существует даже закон жизни: мы либо выше жизни, если проживаем ее достойно, либо – ниже, т.е. оказываемся недостойны этого дара, если живем как-нибудь, плывя по течению. Но в любом случае, человек и его жизнь – это не одно и то же. Рождение личности – это акт выхода жизни за свои биологические пределы. Это значит, что в ее чреве рождается разум и свобода, порождающие целый фейерверк уникальных феноменов культуры, не сводимых к жизни как биологическому процессу.

Жизнь либо есть, либо ее нет. Но ее качество может быть различным. Если мы живем, поддерживаем нашу жизнь, любим и заботимся о ней во имя блага и не за счет жизней и ценностей других людей, то мы человечны, и наша жизнь есть благо и богатство. Если в нас берут верх бесчеловечные начала, то наша жизнь начинает деградировать, ослабляться, становиться все беднее и слабее. Ценность ее уменьшается в той мере, в какой ее прожигает, убивает бесчеловечное в нас.

Чем гуманнее, богаче наша жизнь, тем выше ее ценность. Жизнь в той мере ценность, в какой я человечный хозяин своей жизни.

«Просто жить», жить пассивной, растительной жизнью, отдаваясь потоку повседневности и сиюминутности, – значит бездумно растрачивать свой стартовый капитал, тот изначальный резерв жизни, который у всех у нас есть уже к моменту появления первых актов сознания и самосознания, к моменту пробуждения в нас личности и человечности. Есть высказывание: один человек живет, чтобы есть, другой – ест, чтобы жить. Гуманный человек может сказать, что он ест и живет, чтобы становиться и быть человечным человеком, чтобы творить самого себя и ценности личной, общественной и вселенской жизни, чтобы совершенствоваться и возвышать достоинство человека.

Жизнь есть ценность потому, что она является исходной базой, способом, процессом, в ходе которого мы только и можем проявлять, вызывать к деятельному бытию, реализовывать нашу человечность, все наши положительные качества и добродетели, все наши ценности.

От одного этого человеческая жизнь становится беспредельно ценной, становится универсальной ценностью. Безграничная ценность жизни проявляется уже в том, что на свой пир, на пир жизни она зовет всех и вся, для всех и всякого человеческого существа она находит место на своем празднике. Как наш бесценный дар и действительный шанс она без всяких предварительных условий говорит каждому из нас – живи!

Возможно, только что сказанное прозвучало слишком декларативно. Существуют болезни, делающие само существование испытанием, ранние смерти и т.п. И все же в бесконечной ценности жизни, покуда мы можем жить, как бы тонут все ее черные пятна. Каждый психически здоровый человек дорожит жизнью независимо от того, выглядит ли она по принятым меркам удавшейся или нет, – вот лишнее подтверждение нашей мысли.

Однако и сама жизнь, независимо от ее оценки, которая всегда вторична, требует к себе гуманного отношения. Чтобы реализоваться как ценность, она должна быть, должна сохраняться как таковая, она должна поддерживаться, укрепляться и обогащаться. Но одних внутренних резервов жизни, инстинктов ее самосохранения недостаточно. И вот почему.

Жизнь – универсальная, всеохватывающая основа человеческого существования. Это значит, что она открыта и человечному, и бесчеловечному в нас. Именно поэтому она может быть и радостью, и горем, и крыльями, и ярмом на шее, и роскошью, удачей, и нищетой, неудачей и проклятием. Миллионы и десятки миллионов наркоманов и алкоголиков, беспризорных и бездомных детей, сирот, сотни миллионов бедняков, обреченных в разных странах на прозябание, голод и страдания по вине тоталитарных и невежественных правящих сил и по причине архаичных традиций несвободы и покорности, – все они оказались не в состоянии или были лишены возможности реализовать свой жизненный потенциал.

Но в любом случае жизнь сама по себе не может не быть ценностью. Она становится бременем или даже невыносимой не в силу своей собственной сущности, а лишь постольку, поскольку пронизывается, облекается негативом антигуманного в человеке или того существующего вне человеческого существа, что угнетает его, подрывает, лишает сил.

Если понимать под человеческой жизнью не одну только биологическую ее сторону, но и психическую и интеллектуальную (а только такую целостность и можно назвать человеческой жизнью), то легко представить себе, сколь широк диапазон вторжения античеловеческого в нас, в нашу собственную жизнь.

Когда почему-либо на пути этого вторжения не установлен надежный заслон, когда антигуманному не противостоит гуманное, то процесс жизни начинает приобретать отрицательный смысл, становится бесчеловечным и разрушительным и для самого человека, и для общества, и для среды обитания.

Одни лишь биологические начала жизни и примитивные инстинкты выживания могут еще поддерживать жизнь человеконенавистника, убийцы или насильника.

Жизнь тем более становится сумеречной, ущербной и ослабленной, чем более она поражена бесчеловечностью, цинизмом и нигилизмом.

Самое страшное, что может случиться с человеком – это победа антигуманного в нем. Его окончательная победа означает духовную деградацию и смерть, стимулирующие, так или иначе, деградацию и смерть физические. Ни один злодей не бывает по-настоящему счастлив, а средняя продолжительность жизни закоренелых преступников гораздо ниже среднестатистической продолжительности жизни.

У жизни есть не только внутренние враги в лице самого человека, но и враги внешние, существующие за пределами личности и общества. Особенно очевидны опасности, грозящие жизни как биологическому процессу: болезни, стихийные бедствия, нездоровая среда обитания. Хотя во многом эти враги могут быть социально обусловленными, и либо стимулироваться социальными факторами, либо ослабляться, а некоторые и побеждаться принимаемыми социальными мерами, сама природа этих угроз связана с физическими, общебиологическими или экологическими законами. В этом контексте возникает вопрос о той составляющей нашей жизни, которая связана с нашей плотью и с ее ценностью.

Ценность нашего тела не только биологическая, физическая и эстетическая. Она собственно жизненная, экзистенциальная, поскольку фундаментальным образом связана с нашим существованием как жизнью.

Наше тело – это единственно возможный способ нашего физико-биологического существования.

Сколь бы захватывающими ни были перспективы создания искусственного мозга или искусственного человека, телесное, биологическое всегда будет неотделимо от нас как личностей, от нашего внутреннего мира, нашего я. (Так что можно понять и тех, кого эти перспективы пугают…)

Общее ценностное состоянием телесной тотальности, в которую облечена личность, мы называет здоровьем.

Здоровье – общее условие благоприятной и плодотворной жизни.

Существует несколько простых гуманистических правил отношения человека к своему физическому и психическому здоровью.

– ежедневно делать физические упражнения;

– избегать ненужных стрессов;

– уметь расслабляться и отдыхать;

– быть разумным и умеренным в получении удовольствий.

Здоровье не бывает просто физическим или психическим. В принципе оно неделимо и относится к человеку как единству физического, биологического, психического, морального, интеллектуального и мировоззренческого.

Когда мы говорим о теле человека как ценности, мы должны ответить на вопрос об инвалидах. К сожалению, в современном языке нет адекватного современной культуре понятия, относящегося к хронически больным людям или человеку с рожденья не имеющего или при жизни потерявшего, скажем, зрение или руку. Все имеющиеся понятия: «инвалид», «человек с ограниченными физическими возможностями» и им подобные, – в какой-то степени оскорбительны, задевают достоинство таких людей.

Разве такие люди принципиально ущербны и заведомо лишены возможности счастья, богатой, плодотворной, достойной и совершенной жизни? Гуманизм отвечает на этот вопрос отрицательно. Ни в одной священной или научной книге не сказано, что человек может быть полноценным только в том случае, если с его плотью все в порядке: четыре конечности, десять пальцев, два глаза, уха и две ноздри, если у него девять естественных отверстий в теле, весь набор исправно работающих внутренних органов и стандартное телосложение.

История и современность дают нам массу примеров победы человека над своими недугами, преодоления физических недостатков. Человек устроен так мудро и высоко адаптивно, обладает такими замечательными качествами, как мужество, целеустремленность, настойчивость, что в состоянии превратить даже тяжелые недомогания или, скажем, слепоту в ступень для совершенствования, дополнительный мотив к поддержанию высоконравственного, гуманного, порой героического образа жизни. Болезнь может побудить человека не просто к ее преодолению, но и к восхождению, к укреплению воли к жизни.

В современных цивилизованных обществах много делается для того, чтобы снять те физические, психологические и правовые препятствия, которые дискриминируют или затрудняют жизнь инвалидов. Диапазон таких действий очень широк: от устройства специальных спусков в домах и на улицах до организации спортивных соревнований для инвалидов и максимального сокращения перечня профессий, запрещенных для инвалидов.

Общество должно стремиться к разумному стиранию различий между инвалидами и другими людьми, к тому, чтобы отпала необходимость в привилегиях, которые, к сожалению, слишком напоминают милостыню и бывают оскорбительны для человека.

Чем ценности человеческой жизни отличаются от всех других?

Назовите основные жизненные ценности человека?

Как соотносится личность, если ее понимать как ядро человека или вместилище его сущности, с существованием человека?

В чем отличие ценность жизни от ценности человека?

Каковы два принципиальных вектора жизни?

В чем состоит ценность человеческого тела?

В чем ценность здоровья и каковы основные правила отношения к нему?

1. В чем состоит двойственность ценности жизни?

2. Почему ценности человеческой жизни можно назвать стартовыми, но не окончательными (целевыми)?

3. С чем связаны цели и средства в области жизненных ценностей?

4. Почему люди с ограниченными физическими возможностями не являются неполноценными людьми?

5. В чем достоинства и границы жизни как бесценного дара?

Российское гуманистическое общество © All Rights Reserved.

Ценности, их природа и роль в жизни человека и общества

Выделяют группы ценностей: по содержанию — экономические, политические, социальные и духовные ценности; по субъекту — субъективно-личностные ценности (они формируются в процессе воспитания, образования и накопления жизненного опыта индивида) и надиндивидуальные — групповые, национальные, классовые, общечеловеческие (являющиеся результатом развития общества и культуры); по их роли в жизни человека и человечества: утилитарные ценности (жилище, питание и т.п.) и духовные; в отличие от утилитарной ценности духовная ценность имеет самодостаточный характер и не нуждается во вне ее лежащих мотивах; если утилитарные прагматические ценности определяют цели деятельности, то духовные ценности — ее смысл.

Личностные ценности отражаются в сознании в форме ценностных ориентаций. Ценностные ориентации — это отношения личности к социальным ценностям, выступающие в качестве регуляторов ее поведения. Совокупность типичных ценностных ориентации, свойственных какой-либо социальной группе, называют социальным характером.

У человека, как и у коллектива, общества имеется много ценностных ориентаций. Одни из них менее, другие более существенны, среди них есть мелочные и возвышенные и т.п. Большое значение имеют ориентации на высшие ценности — идеалы (идеалы личностные, классовые, идеал лидера, идеалы доброты, красоты, справедливости и т.д.). Идеал -это образец, прообраз, понятие совершенства, высшая цель стремлений. Идеал — идеальный образ, определяющий способ мышления и деятельности человека или общественного класса. Формирование природных предметов сообразно идеалу представляет собой специфически человеческую форму жизнедеятельности, ибо предполагает специальное создание образа цели деятельности до ее фактического осуществления.

Процесс ориентации на ценность неразрывно связан с оценкой, которая есть средство осознания ценности. Оценка складывается из акта сравнения собственной оценки и рекомендации к отбору того, что признается ценностью. Тот, кто оценивает, формулирует суждение о полезности или вредности, необходимости или ненужности того, что оценивается. Оценка связана с практикой в широком смысле этого слова (как общественно-исторической практикой человека). Оценка означает решение по выбору, а выбор ведет к действию. Оценка, таким образом, организует практическую деятельность. Оценки одного и того же явления у разных индивидов, социальных групп и наций, государств бывают различными.

Во второе половине XX столетия происходит глубокая переоценка ценностей. На смену традиционного общества приходит «компьютерная» цивилизация, индустриальное общество сменяется постиндустриальным, модернизм — постмодернизмом. Основы цивилизации потрясает экологический кризис. Все это ведет к переоценке наших представлений о критериях прогресса, о средствах решения национальных и межгосударственных конфликтов и т.п.

Безлепкин Н.И. Методическое пособие для подготовки к экзамену по философии

Если Вы автор той или иной книги и не желаете, чтобы книга была опубликована на этом сайте, сообщите нам 2011 — 2013

Ценности в жизни человека

В конце двадцатого века перед нами встал один из самых трудных интеллектуальных вопросов: «Что такое человек?» В той или иной степени этот вопрос является темой обсуждения многих академических дисциплин: юриспруденции, психологии, экономики, социологии, искусства, философии и богословия. И те ответы, которые мы найдем, важны не только для нашей личной жизни, но также для нашей коллективной жизни в обществе. Нам необходимо понять особое достоинство и «индивидуальность» любого человека, и нам также необходимо понять свойственную людям бесчеловечность по отношению друг к другу.

В этой короткой статье я хочу рассмотреть только одну, небольшую часть вопроса о человеческой природе, а именно — почему человеческая жизнь имеет непреходящую ценность? Этот вопрос скрывает в себе много других важных вопросов, таких как: почему мы должны защищать права человека, почему мы должны оказывать медицинскую и гуманитарную помощь и почему мы должны беспокоиться о безопасности личности.

И я думаю, всем ясно, что это не только вопрос метаэтики, но и проблема основ философии. Любая философия без удовлетворительного объяснения ценности человеческой жизни нуждается в серьезном пересмотре.

Интересная точка зрения функционализма излагается в работах Майкла Тули. Он спрашивает, какими качествами должно обладать существо, чтобы иметь право на жизнь. Очевидно, что право на жизнь является основополагающим для всех прав, которые можно иметь. Его ответ звучит приблизительно так. Он цитирует Джонса Фаийнберга: «Существа, которые могут иметь права, — именно те, кто имеют (или могут иметь) интересы.» Это означает, что «существо совсем не может иметь никаких прав, и, само собой разумеется, не может иметь права на жизнь до тех пор, пока не станет иметь интерес (то есть строить планы на будущее).» А для того, чтобы иметь интересы, существо должно быть в здравом состоянии ума, а также обладать жизненным опытом и желаниями. И чтобы иметь желание продолжать жизнь, оно должно иметь идею самореализации в будущем.

В некоторой степени схожую точку зрения функционализма мы встречаем в философии Мэри Энн Уаррен. Она спрашивает: «Какое конкретно существо имеет неотъемлемое право на жизнь, свободу и поиск счастья? Хотя она явно цитирует Американскую Декларацию независимости, ее точка зрения, я думаю, очень отличается от Декларации. Она предлагает, чтобы мы различали генетическую принадлежность к человечеству и личность, и только личность, а не существо, относящееся к людям по генетическим признакам, имеет моральные права. Она говорит: «Представьте себе космического путешественника, приземлившегося на неизвестной планете и неожиданно встретившего расу живых существ, совершенно непохожих на тех, кого он когда-либо встречал или о которых он когда-либо слышал. Если он хочет удостовериться, как вести себя с моральной точки зрения по отношению к этим существам, он должен каким-то образом решить, люди ли они, имеющие таким образом все моральные права, или же они те существа, в отношению которых мы не должны испытывать чувства вины, используя их, например, в качестве пищи.»

Отвечая на эти вопросы, она предполагает, что характерные черты личности приблизительно следующие:

1) сознание, в частности способность чувствовать боль;

2) способность рассуждать;

3) осознанная деятельность;

4) способность общаться;

5) наличие самосознания, представлений о самом себе.

Она не считает, что существо должно соответствовать всем пяти критериям для того, чтобы быть личностью. Только два из них могут быть значимыми. Но отсутствие всех пяти наверняка свидетельствует, по ее утверждению о том, что существо не является личностью, а потому не имеет никаких моральных прав.

Ее список характерных черт личности довольно неплох. Конечно же, все эти черты мы обычно наблюдаем в людях. Но решающим вопросом для нас является то, должен ли кто-либо завоевывать статус личности с помощью наличия нормативных функций и способностей, или статус личности является тем, что дается как дар.

Ясно, что ее подход — это функциональный подход, и ее ответы приведут к тем же проблемам, что и ответы Тули. Она вполне определенно говорит, что люди в начале и в конце своей жизни могут и не быть личностями, и что они не имеют моральных прав.

Третий яркий пример функционализма находим в работах философа Джона Кобба. Он утверждает, что хотя право человека на жизнь вполне фундаментально, оно не абсолютно. Оно происходит, а потому подчинено праву людей воплощать в жизнь свои планы. Именно наличие планов для воплощения в жизнь придает особую ценность человеческой жизни и является тем, что дает права человеку.

Кобб проясняет свою точку зрения, прибегая к резкому контрасту. Он противопоставляет жизнь личности жизни младенца и жизни животного. Младенец на пути становления личности претерпевает два важных изменения. Первое: в то время как младенец полностью живет в настоящем, ребенок начинает строить свои собственные планы, которые требуют уважения и внимания. Второе: в младенчестве весь опыт заключается в удовлетворении нужд собственного тела, в то время как ребенок использует свое тело для осуществления своих планов. И Кобб думает, что у животных, как правило, в процессе жизни не наблюдается изменений от простого удовлетворения нужд собственного тела к использованию их для воплощения собственных планов.

Проблема такой теории в том. что люди, у которых еще нет или уже не будет планов, не имеют морального статуса личности, и поэтому их жизни не имеют особой моральной ценности. Это похоже на то, что некоторые животные могли бы пересечь границу животного состояния и стать личностями. Такие рассуждения, по-моему, ведут к моральному хаосу, потому что статус личности завоевывается приобретением определенных способностей, а именно — наличием плана. Это яркий пример функционализма.

Этих трех примеров, вероятно, достаточно, чтобы показать, что функционализм в том или ином виде сегодня широко распространен. Его используют, чтобы защитить аборты, убийство новорожденных, эйтаназию и права животных. В каждом случае личность должна продемонстрировать определенные способности и функции, чтобы завоевать статус личности в глазах других людей или всего общества. Если кому-либо не удается завоевать статус личности, тогда его жизнь не нужно пытаться защищать с моральной точки зрения или юридически.

Альтернативу функционализму я бы назвал «персонализм». Всех персоналистов среди самых различных мнений объединяет убеждение, что ценность человеческой жизни есть дар, и ценность этого дара «дана» и присутствует даже тогда, когда определенные человеческие способности или функции отсутствуют. В целом, персоналисты мыслят в рамках иудео-христианской традиции и обычно рассматривают свои теории как согласные с библейским утверждением, что люди созданы по образу Божьему.

Яркий пример персонализма в области политики представляет Американская Декларация Независимости. Уаррен не упомянула ту часть, которая говорит, что люди «наделены неотъемлемыми правами своим Творцом.»

В восемнадцатом веке во время англо-американских политических переговоров некоторые люди говорили, что человеческие права отчуждаемые, что их можно потерять. Это было одним из предполагаемых моральных оправданий рабовладения, что очень похоже на функциональную точку зрения о ценности человеческой жизни. В противовес этому Томас Джефферсон и его коллеги намеренно уверяли, что права человека являются неотъемлемыми, так как это дар Бога. Согласно такому образу мышления, ценность личности не завоевывается никакими функциями и способностями и поэтому не может быть утеряна. Ценность личности просто является даром от Бога.

С другой стороны персонализм предстает в работах Серена Кьеркегора, датского философа девятнадцатого века, которого часто называют «отцом экзистенциализма». В «Болезни к смерти» он пишет:

Кьеркегор, кажется, утверждает, что ценность человека является в какой-то мере понятием, находящимся в зависимости от взаимоотношений человека, что ценность человека зависит от тех отношений, в которых он находится. Тогда, если все люди имеют какую-либо связь с Богом, сознательную или несознательную, позитивную или негативную, то эта связь дает личности безграничную ценность. Ясно, что эта ценность является даром, независимым от функций.

Ясно, что взгляд на ценность человека с точки зрения персонализма приведет к совершенно другим выводам по поводу многих аспектов современной жизни, отличающимся от функциональной точки зрения. Медицинская помощь, права человека, гуманитарная помощь и личная безопасность представляют лишь несколько областей, которые выглядят иначе, если взглянуть на них глазами персоналиста.

И должно быть ясно, что функционализм обычно является частью материалистического мировоззрения, тогда как персонализм обычно является частью теистического мировоззрения. Хотя, вероятно, есть персоналисты-атеисты и, может быть, функционалисты-теисты, но такие комбинации точек зрения имеют сильные внутренние противоречия.

Часто говорят, что среди западных мыслителей вера в Бога умерла в девятнадцатом веке, а вера в человека — в двадцатом. Вопреки надежде Ницше, потеря веры в Бога привела нас не к ощущению себя сверх-людьми, а к восприятию друг друга как недочеловеков. Но так как теперь мы можем ясно видеть и культурный провал, и мыслительную непоследовательность атеистического материализма, может быть, мы можем надеяться на то, что вера в Бога и человека могут быть восстановлены.

Источники:
Российское гуманистическое общество
Гуманизм в России. Российское гуманистическое общество, программные документы, новости и дискуссии. Манифест светских гуманистов. Гуманистическая философия и педагогика. Библиотека авторов-гуманистов.
http://www.humanism.ru/education/cours/values/134-values2.html
Ценности, их природа и роль в жизни человека и общества
Ценности, их природа и роль в жизни человека и общества
http://www.p-lib.ru/filosofiya/bezlepkin_filosofia/bezlepkin_filosofia26.html
Ценности в жизни человека 1
ценности в жизни человека В конце двадцатого века перед нами встал один из самых трудных интеллектуальных вопросов: «Что такое человек?» В той или иной степени этот вопрос является темой
http://www.scienceandapologetics.org/text/47.htm

COMMENTS